Первый подъем национал-социалистического движения.

Первый подъем национал-социалистического движения

С этой программой, с речами, выдержанными в духе 25 пунктов, Гитлер выступает в период первого подъема своей партии на первых массовых собраниях. При этом главное место занимала агитация против Версальского договора. Чем больше росло брожение среди мелкой буржуазии на почве усиливавшейся инфляции, тем больше людей привлекали национал-социалистические выступления. Однако несомненно, что в настроении мелкобуржуазных масс играли роль не только материальный момент, не только обнищание в результате репараций, обесценения денег и оккупации Рурской области, но и обида, нанесенная национальному чувству условиями Версальского договора и вторжением французских войск в германские области.

В феврале 1921 г. вскоре после переговоров о репарациях происходит первый митинг Гитлера в громадном зале цирка Кроне. Тема: «Есть ли у Германии будущность или ее ждет гибель?». Впервые по улицам Мюнхена разъезжают грузовики с развевающимися фашистскими знаменами со свастикой; это делается для пропагандирования митинга. Национал-социалистическая партия подражает методам агитации революционного пролетариата. Она расклеивает огненно-красные плакаты со следующим демагогическим текстом «с целью привлечь публику на большую манифестацию»:

«Если 60 миллионов мужчин и женщин—стар и млад—с едино-душной решимостью заявят: «мы не желаем»,- то воля этих миллионов должна обеспечить им по крайней мере одно, а именно уважение, в котором отказывают тому, кто целует бичующий его кнут. Мы люди, а не собаки. 60 миллионов немцев должны дать понять имперскому правительству, что переговоры с противником приведут к его падению».

Собрание в цирке Кроне было выигрышным ходом Гитлера, в особенности по отношению к другим буржуазно-национальным партиям и союзам, которые работали еще по старым довоенным методам. Они пренебрежительно улыбались, когда «молодой человек» предложил им

[ 11 ]

немедленно организовать грандиозную демонстрацию против правительственной «политики выполнения», и тем паче, когда он после их колебаний и открытого отказа один со своей все еще слабой группой взял на себя этот риск. Программа этих партий буржуазно-помещичьей реакции не могла создать им позиций в мелкобуржуазных слоях, тогда как национал- социалисты сумели впоследствии завоевать эти позиции с помощью своих 25 пунктов и бесцеремонных агитационных приемов. Провал капповского путча в марте 1920 г. уже доказал это.

То была попытка реставрации, предпринятая помещичьим, дворянским крылом буржуазии, без контакта с находившимися в состоянии брожения средними классами. Она опиралась только на крупных землевладельцев, на часть рейхсвера и высшей бюрократии, а также на некоторые добровольческие военные организации и союзы. Германские рабочие в двадцать четыре часа ликвидировали ее.

Влияние Стального шлема тоже все время не выходило за пределы некоторой части крестьянской и буржуазной молодежи и самых отсталых слоев рабочих (членов желтых профсоюзов и сельскохозяйственных рабочих). Другое дело национал-социалистическая немецкая рабочая партия. Благодаря своей фиктивной борьбе против «интернационального еврейского банковского и биржевого капитала», благодаря своему лозунгу «народного единения», в котором должны мирно сожительствовать все классы под крылышком стоящего над ними сильного государства, эта партия могла проникнуть в более широкие массы. Ей удалось собрать под свои знамена значительную часть мелкобуржуазных масс.

Влияние национал-социалистов росло. В 1921 г. число членов партии удвоилось, оно поднялось с 3 до 6 тыс. В то время район действия партии ограничивался почти исключительно Баварией. В северной Германии гораздо сильнее было движение так называемых «фелькише», руководимое Грефе, Вулле, Геннингом и графом Ревентловым.

Через два года после окончания войны состоялись первые конгрессы и съезды партии. В 1920 г. на конференции в Зальцбурге происходили совместные совещания с вождями австрийского и южногерманского национал-социалистического движения. На территории довоенной Австрии это движение началось гораздо раньше. В Австрии уже в 1904 г. основана была немецкая рабочая партия, в мае 1918 г. на конференции в Вене она вместе с другими группами была переименована в австрийскую социал-националистическую партию. Итак, начало национал-социализма относится еще к первым годам нашего столетия. Он раньше всего развился в старой «тюрьме народов»—в Австрии и в частности в Чехии, где национальный вопрос играл важную роль. Гитлер, уроженец Австрии, многое заимствовал оттуда. В Зальцбурге же состоялось соглашение с Юнгом, возглавлявшим партию в Чехии. Германский национал-социализм развивался при совершенно иных условиях.

Следующий конгресс состоялся в 1921 г. в Райхенгалле совместно с русскими и украинскими белогвардейскими союзами. Среди ораторов выступал пресловутый гетман Скоропадский. Белогвардейские эмигранты развивали свои планы интервенции против молодого советского государства, которое как раз незадолго перед этим выгнало за пределы

[ 12 ]

страны последние остатки войск интервентов. Вместе с белогвардейцами выступал национал-социалист Альфред Розенберг, балтиец, впоследствии главный редактор газеты «Фелькишер беобахтер» и советник партии в вопросах внешней политики. Уже тогда Розенберг завязал связь с Детердингом и германским крупным промышленником Рехбергом, ярыми врагами советских республик. Он пишет тогда в «Фелькишер беобахтер) свои первые антибольшевистские и сочувственные Польше (I) статьи, в которых ведет травлю против Страны советов.

В январе 1922 г. в Мюнхене состоялся первый официальный съезд национал-социалистической немецкой рабочей партии. В прокламации по поводу съезда Гитлер, которому еще приходится бороться за свое единоличное диктаторское господство в партии, заявляет: необходимо произвести чистку партии, ибо она является «питомником благонамеренных, но именно потому особенно опасных дураков». Это было явно направлено против старых сооснователей партии, в частности против Антона Дрекслера и Кернера, которые не могли и не хотели усвоить новые, бесцеремонные методы Гитлера.

Высшие офицеры в мюнхенском штабе рейхсвера, пользовавшиеся большим влиянием, давно поддерживали юное движение. Среди них были бывшие товарищи Гитлера по 1919—1920 г. С их помощью он наряду с собственной партийной организацией и аппаратом прессы и пропаганды создал третью организацию, которая уже в эти годы первого подъема служила ему прекрасным орудием борьбы, а именно штурмовые отряды. Первоначально летом 1920 г. национал-социалистическая немецкая рабочая партия создала якобы для защиты своих собраний от нападений «красных» так называемую дружину для охраны порядка, но в дальнейшем эта организация оказалась недостаточной; она была слишком мала и слаба по сравнению с другими националистскими военными организациями. Поэтому Гитлер в августе 1921 г. приступил к созданию собственной национал-социалистической военной организации—штурмовых отрядов. Они являются террористической боевой группой партии и подчинены политическому партийному руководству.

[ 13 ]